Судьбы в ХХ веке::Человек и война::Школа выживания Сагибат

                    XII ВСЕРОССИЙСКИЙ КОНКУРС ИСТОРИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ РАБОТ СТАРШЕКЛАССНИКОВ "ЧЕЛОВЕК В ИСТОРИИ. РОССИЯ - ХХ ВЕК"

ДОСТОИНСТВО ЧЕЛОВЕКА В УСЛОВИЯХ НЕСВОБОДЫ ВЫБОРА ИЛИ ШКОЛА ВЫЖИВАНИЯ САГИБАТ.

Автор: Исаева Ольга, ученица 8 класса МОУ ООШ им. Н.М.Новикова с.Плёсс Мокшанского р-на  Пензенской области

Руководитель: Меркушина Татьяна Валерьевна,  учитель истории МОУ ООШ им. Н.М.Новикова с.Плёсс Мокшанского р-на Пензенской области

2011

Содержание работы

1.Введение

2.Глава 1. Жила была девочка
1.1.Семья Сагибат
1.2. Детство закончилось, а школа нет
Глава 2.Школа выживания в Афганистане .
2.1.Школа офицерских жён
2. 2. Разведчица Сагибат, или смертница?
2.3. «Почему я не умерла?!»
Глава 3. Мирная жизнь, страшнее военной?
3.1.Офицерская вдова
3.2. «Чужая» среди своих или война за выживание на Родине
 3.Заключение
4.Источники
5.Приложения.

Введение.

Я учусь в 8 классе МОУ ООШ имени Н.М.Новикова села Плёсс Мокшанского р-на Пензенской области. В нашей школе учатся жители из пяти сёл. Я родилась и живу в селе Знаменское в 8-ми км. от села Плёсс.

 Ученики нашей школы несколько лет подряд  собирают воспоминания своих земляков об их участии в разных военных компаниях 20-го, а теперь уже и 21-го века.  А я впервые стала заниматься этой темой  в 2010 году и поняла, что меньше всего хотят вспоминать мои земляки своё участие в военных действиях  советских войск в Афганистане, хотя в 2009 году исполнилось уже 20 лет после вывода советских войск из Афганистана в 1989 году.

Мне было непонятно их чувство какой-то вины, обиды, ведь в учебной литературе написано, что советские солдаты в Афганистане выполняли интернациональный долг. Значит, стыдиться нечего, нужно гордиться своим участием в этих событиях? Мне захотелось выяснить у очевидцев событий, чем их взгляд на участие СССР в афганской войне отличается от официального.

Родственники участников военных действий в Афганистане мало что могут рассказать, потому что в письмах из Афганистана, прямо как в телеграммах , были только приветы родным и сообщения о том, что они живы и здоровы. Сведений о военном быте, событиях не было вообще. Многие участники военных действий рассказывать до сих пор ничего не хотят, или делились своими воспоминаниями с родственниками очень неохотно и частично.

Мой учитель истории познакомила меня с бабушкой нашего ученика Сагибат Гасановной Шахабутиновой, которая  стала главной героиней моей работы. Она вместе с мужем-офицером танковых войск оказалась в зоне военных действий советских войск в Афганистане в 1979-1982г.г. У неё свой «женский» взгляд на события, и мне это показалось особенно интересным. Для меня  женщины на войне - показатель беспомощности мужчин-воинов и государства, которое посылает их воевать, даже без их желания и согласия.  Считаю, что им там вообще не место.

Предмет моего исследования – судьба женщины в обществе второй половины ХХ века в условиях мирной жизни и на войне.

Цель –  определить степень соблюдения прав человека и гражданина и уважения его достоинства в СССР и постсоветской России; 

получение информации от очевидцев военных действий в Афганистане   и сравнение  воспоминаний  мужчин и женщин-военнослужащих о военных событиях, свидетелями которых они были ..

Методами моего исследования были:

  1. Интервью с бабушкой  моего одноклассника Сагибат Гасановной Шахабутиновой
  2. Интервью с участниками военных действий в Афганистане.
  3. Работа с  материалами  семейных  архивов участников военных действий в Афганистане.
  4. Анализ писем  и воспоминаний  участников военных действий в Афганистане.
  5. Запись воспоминаний участницы военных действий в Афганистане Шахадутиновой С.Г.
  6. Анализ  сообщений на интернет-сайтах о событиях в  Афганистане;
  7. Анализ данных, предоставленных мне в Плёсской сельской администрации об участниках военных событий в Афганистане .
  8. Обобщение полученных мною результатов.

 Глава 1.  Жила была девочка. 

1.1.         Семья Сагибат.

6 апреля 1958 года в республике Дагестан в Камсентском районе рядом со знаменитым курортом Каягент  родилась девочка Сагибат.

По мнению девочки ,родители у Сагибат были особенные, дочка считала их настоящими героями, а соседи жалели. Только когда девочка выросла, поняла, почему они её  и их жалели. По рассказу Сагибат  , её отец , Абдулаев Гасан , участвовал в  Великой Отечественной войне  «от звонка до звонка». Выжил в Сталинградской битве, где , как  он рассказывал дочери ,  умереть было легче.

Он  под Сталинградом попал в осаду. У  его подразделения не было еды и питьевой воды . Некоторые солдаты не выдерживали голода и бежали сдаваться, им стреляли в спину свои же , даже не проверяли, убили или нет. Причём отец говорил, что он тогда думал ,что стреляли со зла, от собственного бессилия.

Из его батальона всего несколько человек осталось в живых после госпиталя, многие до него не дотерпели, умерли. Он попал в госпиталь. Его ранили в руку и спину. Медикаментов в достаточном количестве на всех раненных не хватало, помощь оказывали самым «тяжёлым».

Когда дошла очередь до Гасана , рана на руке загноилась и началась гангрена, врачи руку ампутировали. Были в госпитале люди, которые открыто ему завидовали, говорили, что  теперь Гасана отправят в тыл и война для него закончится, говорили «радуйся, остался живой, будешь, как инвалид войны специальный паёк получать геройский, можешь теперь не работать вообще». Но, его оставили на фронте после выздоровления,  поручили  следить за отправкой военных эшелонов на железно-дорожной станции. Гасан с одной рукой так и продолжал  служить до 1945 года ,вернулся домой живым, но инвалидом. Ему снова повезло, устроился рабочим на железную дорогу, платили ему зарплату продовольственным пайком почти 2 года. На этот паёк кроме Гасана выживала его мать, сестра и бабушка, других кормильцев у них тогда не было.

Многим инвалидам  по рассказам отца Сагибат, так не повезло,  и жили «победители» очень бедно. Жениться Гасан перед войной не успел, а после, перспективным женихом не считался. Он просто не прокормил бы новую семью, да жить было не где. Они ютились в комнате общежития с общей кухней.  Получается, что жизнь после победы над Германией лучше не стала для оставшихся в живых.

В 1954 году  Гасану  Абдулаеву ещё раз повезло, он познакомился с Магомедовой Барият,  она тоже бывшей фронтовичкой. Только Барият всю войну служила на Дальнем Востоке, уволили её из армии по ранению. Страшный шрам изуродовал ей лицо. Барият  и через несколько лет после войны не могла позволить себе несколько платьев в гардеробе, так и носила военную форму, её семья жила очень бедно. Барият и Гасан поженились в 1955 году. Окружающие смотрели на молодожёнов, отводили глаза  и говорили «эти нашли друг, друга, …кому ещё нужны-то». Молодожёнам руководство железной дороги, как участникам войны выделили комнату. Через год у них родился сын (сейчас его уже нет в живых) .

В 1958 г. родилась Сагибат, в 1963 г. её сестра (сейчас до сих пор живёт в родительском доме, у неё трое детей). Для Сагибат мама всегда была самой красивой, не смотря на шрам на лице, а папа и с одной рукой управлялся самостоятельно со всеми хозяйственными делами в доме. Мы заметили  во время интервью с Сагибат, что когда она рассказывала о своём детстве, её глаза «улыбались» и плакали одновременно.  И детство вспоминала как самое светлое время своей жизни. А когда сверстники во дворе  говорили что-то неприятное о её родителях ,старший брат с ними дрался, да и сама Сагибат участвовала в этих драках, хотя ей- девочке было не положено так себя вести. Мама её наказывала не строго,  чаще смеялась, что родился  «толи сын в юбке, толи дочь с кинжалом». Поэтому, когда её сверстники снова насмехались над её родителями, она уже в которых раз лезла в драку.

 Для себя Сагибат  придумала оправдание «если мама воевала,  я тоже буду за неё воевать»[i].

Сагибат с удовольствием пошла в школу, хотя некоторые её ровесницы в школу не ходили, потому их родители не считали нужным давать девочкам образование. Особенное раздражение у местного населения вызывали уроки физической культуры, когда девочек заставляли на виду у других людей заниматься гимнастикой, играть в командные игры. Это считалось нескромным поведением для девочек. Девочкам из семей, где было традиционное дагестанское воспитание,  вообще запрещали ходить на некоторые  другие предметы и кроме физкультуры. Нам это показалось странным, ведь это вторая половина 20 века, в СССР «рекламировали» получение образования и девочкам, и мальчикам. Оказывается в советских республиках  национальные традиции оказались сильнее советских.

Но мать Сагибат настояла, чтобы её дочь получила образование.

Она считала, что это даст возможность  ей получить хорошую работу и удачно устроиться в жизни. Маму  Сагибат соседи и даже родственники мужа не поддерживали, они считали, что девочка должна научиться быть хорошей женой, а профессия и образование не важны. Сагибат  проучилась в школе до 8 класса. У неё были хорошие оценки, и они с родителями решили, что Сагибат  закончит 11 классов и будет поступать в медицинский  институт  или техникум. Чтобы для учёбы накопить денег,  родители постоянно устраивались на подработки, Сагибат часто помогала матери на работе. Тоже удивительно, я всегда считала, что образование в советские времена для всех было бесплатным и доступным. Девочка после уроков бежала к маме на работу  помогать, а вечером садилась за уроки. Дни были заняты полностью, но на обычную девичью жизнь с подружками, маленькими праздниками и девичьими секретами, по её рассказу, тоже хватало времени.

 Счастливое детство дагестанской девочки закончилось неожиданно. Особенно для неё.

После рассказа Сагибат о её детских годах у меня появились вопросы,  на которые я ещё не могу ответить уверенно:

ü  Детство Сагибат проходило в 1960-начале 1970х годов, война закончилась уже более 15 лет,  а по её рассказам богато и сыто они ещё не зажили, и таких семей  было не мало;

ü  В национальных советских республиках (а её родственники жили еще и в Туркмении) всеобщее образование не все приветствовали и не все к нему стремились, а некоторым оно было не карману, хотя официально было бесплатным;

ü  Большая часть фронтовиков не получила от государства  помощи для обустройства своей послевоенной жизни, им пришлось выживать самим, особенно тем, кто стал инвалидом.

1.1.         Детство закончилось, а школа - нет.

 Мама Сагибат  нашла очень хорошую, по  её словам, работу. Она устроилась  уборщицей на курорте Каягент. Работникам всероссийской здравницы на побережье Каспийского моря действительно хорошо платили, кроме того, не смотря на социалистические принципы , как говорила мама Сагибат , отдыхающие иногда оставляли «чаевые». Но на работу брали не по квалификации, а по знакомству и родству, у строиться было нелегко. Некоторые за место платили.

Барият Магомедова, мама Сагибат, по воспоминаниям дочери, была очень большой оптимисткой. Даже когда в доме начинались проблемы с деньгами на продукты, умела сварить обед « из ничего» и учила детей всегда надеяться на лучшее. Курортное начальство бывшей фронтовичке напрямую в работе не отказало, но намекнуло, что её внешность может отпугнуть отдыхающих, а им нужны только положительные эмоции. Тогда Барият упросила взять её уборщицей в столовую, даже пообещала убираться приходить, когда отдыхающих не будет рядом. За то, что её взяли, она год отдавала часть зарплаты своему начальнику  в благодарность. Её дочь Сагибат  очень часто приходила к маме  помогать, весь персонал её знал, не противился тому, что она помогает матери, ведь ей за работу не платили.

 Сагибат была девушкой общительной, веселой, любила расспрашивать гостей курорта, откуда они приехали, те охотно беседовали с 16-летней «болтушкой», радостно удивляясь её общительности.

Наступил 1975год, девушка закончила 8 классов, у неё было море планов на учёбу и будущую профессию. Наступил очередной курортный сезон. Сагибат приходилось почти каждый день приходилось матери  помогать.

Сагибат уверена, что её судьба за что-то наказала  , когда на неё обратил внимание офицер танковых войск  капитан Магамед  Али  Шатиллович Шахабутинов. Я сейчас тоже учусь в 8 классе, но мне только исполнилось 14, а  Сагибат в 8 классе было больше лет, чем мне - 16. И многие мои сверстницы, думаю, наоборот, были бы рады  узнать, что в них влюбился военный, да ещё старше их на 10 лет.

Сагибат нового знакомого не воспринимала всерьёз, он ей не понравился. Постоянно хмурый,  неулыбчивый, делал ей замечания, что она слишком громко смеётся, смотрит прямо в глаза, когда говорит, а должна смотреть в пол.     Неприятный офицер пришёл к родителям Сагибат и сказал, что хочет на ней жениться. Он и родителям не понравился. Они были категорически против скорой женитьбы, считали, что Сагибат рано замуж,   нужно закончить школу.

Но, оказалось, жених и родители невесты говорили на разных языках. Мнением невесты жених вообще не интересовался. В его семье считали, что мужчина выбирает себе жену, а она должна его полюбить в благодарность, что он выбрал именно её. И Сагибат, и её родители категорически отказались от свадьбы. Тогда офицер советских танковых войск не в глухом ауле, а в курортной зоне в 1975 году  выкрал свою невесту из дома без её согласия. «Кражи» невест в Дагестане были обычаем, но часто это были ритуалы по согласию и жениха , и невесты, превращались в веселую игру на радость молодым. Но в случае с Сагибат радости у «украденной невесты», тем более у её родителей,  не было.

Оказалось, что в советской республике родителям украденной девушки обратиться  за помощью было не к кому. Родственники и соседи больше боялись «позора», если Сагибат вернут родителям. Ей говорили, что после такого случая она вообще замуж не выйдет. Они вообще не задумывались, что нарушают права Сагибат. За несколько лет советской власти почему- то эта мысль в их сознании не прижилась. Мне это понять трудно.

 Сагибат вспоминает, что испытала шок. Шок продолжался, потому что она не могла поверить, что её родители ничего не смогут сделать. Ведь её воспитывали в советской школе, где рассказывали о самой свободной стране в мире – СССР, где девушки имеют такие же права, как и юноши, а людьми торговать в свободной стране – преступление. Жених открыто предлагал хороший калым-выкуп за невесту, удивлялся, что родственники Сагибат не радуются за дочь. Отец пытался поговорить с начальником Магомеда Али. Но тот сказал, что Сагибат будет опозорена ,если вернётся домой, а замуж не выйдет, это традиция, а ему в части не нужен скандал, и советовал всё между собой разрешить. Родители говорили, что невесте  и 17 лет не исполнилось, им смеялись в лицо.

Удивило Сагибат, что и среди сослуживцев жениха никто не был на её стороне, они верили, что она просто разыгрывает недовольство, чтобы «цену себе набить»,  а сама счастлива, что её выбрал  кадровый офицер, капитан. Соседи не понимали, зачем вспоминать про образование, ведь теперь для Сагибат начиналась новая школа- жены военного, а её будущее на несколько лет вперед уже выбрано и глупо отказываться от шанса устроить свою жизнь. Про  желание  Сагибат выйти замуж по любви пришлось забыть.

 Весёлой свадьбы не получилось. Молодой муж не хотел понимать, что жене он не нравиться, ему , наверное,  просто это не приходило в голову, а может быть злило такое поведение молоденькой девушки. Он тоже не видел необходимости соблюдать право выбора Сагибат устраивать её жизнь.

По воспоминаниям Сагибат её мнение в семье мужа  вообще не учитывалось ни кем. Сразу  же после свадьбы её увезли в дом матери мужа. По мнению Сагибат , именно там она прошла первую в жизни «школу выживания», после которой ей уже было ничего не страшно.

Во-первых,  свекровь была возмущена, что невестка недовольна мужем. Она считала, что семья Сагибат недостаточно  богата,  чтобы выбирать женихов. По обычаю, родители жениха должны были заплатить «калым»-деньги или дорогие подарки родителям невесты. Родители Сагибат отказывались от калыма, хотели не допустить свадьбы. Их убеждали, что у них есть ещё дочь, младшая сестра Сагибат  и « раскидываться добром  в их положении глупо». Командир капитана Шахабутинова тоже не хотел скандала и сначала уговаривал, а потом угрожал родителям несговорчивой невесты, чтобы те не мешали свадьбе.  И свадьба состоялась в 1975году.

Во-вторых, свекровь Сагибат узнала, что невестка хотела бы продолжить образование, чтобы получить специальность. После этого, мать мужа вообще «начала боевые действия».Сагибат стали открыто унижать, над ней просто издевались  её свекровь и её дочери-сестры мужа . Они внушали, что ей никто не поверит, что с ней плохо обращаются.  Оказалось ,что в семье мужа женщина считалась дополнением к мужчине, не имела права голоса и не должна была иметь собственных желаний.  Меня это тоже удивило, а где же  равные права по Конституции!  Уважения личного выбора, чести и достоинства молодой женщиныа в новой  семье Сагибат не было совершенно.

В–третьих, чтобы полностью подчинить недовольную невестку ей запретили , навещать родителей, писать им письма, а позвонить тогда вообще было проблемой. Когда она жаловалась мужу, тот ей не верил и вставал на сторону своей матери. Сагибат считает, что он ей тоже мстил по-своему. Ведь молодая жена не скрывала, что не испытывает к мужу тёплых чувств .

Я вот себя представить на месте Сагибат не могу. Прямо фильм ужасов какой-то! Сагибат рассказывала, что она даже пыталась сбежать и покончить жизнь самоубийством. Но через год  Сагибат забеременела, над беременной женой сына свекровь перестала какое-то время открыто издеваться. Не потому что стала добрее, а просто берегла будущего внука.

Родился ребёнок, и унижения начались снова. Сагибат не оправдала надежд свекрови, родила дочь Рабият, а свекровь и муж ждали наследника. В «школе выживания» началась новая полоса испытаний. Теперь невестку стали обвинять ещё и в том, что она обманула мужа с наследником. Хотя определять пол ребёнка тогда никто точно не умел. Сагибат даже в больницу во время беременности  ходила всего раза 2,ей не доверяли, боялись, что она сбежит к родителям и в больницу не отпускали. Когда она жаловалась врачу на плохое к себе отношение и просила помочь, ей сказали, что семейными спорами заниматься никто не будет.

В  1979 году муж  Сагибат получил назначение на новое место службы в Туркмению на границу с Афганистаном. Несмотря, на маленькую дочь, он решил, что жена поедет с ним. Дочь разрешил отдать родителям Сагибат. Но поставил условие, что они приедут за ребёнком, не хотел, чтобы  жена ехала  к родным, боялся, что она там и останется.

Родители Сагибат взяли внучку, ещё раз сказали дочери, что та может вернуться домой,  когда захочет, что они на её стороне. Свекровь о внучке не беспокоилась, для неё девочка не наследник, значит - не достойна её внимания. Во время интервью было видно ,что Сагибат до сих пор сохранила обиду на родственников мужа. А когда мы спросили,  не страшно ли было ехать неизвестно куда. Сагибат отвечала, что у неё было такое чувство, что хуже,  чем в доме мужа ей уже не будет, ей просто стало всё равно, она устала «выживать».[2]  Просто ей хотелось вырваться подальше, всё равно куда. Тогда Сагибат и предположить не могла, куда она может ещё попасть…

После рассказа Сагибат  осталось  какое-то чувство обиды и досады, что молодой девушке никто не смог помочь, не захотел. Жила она не в глухом далёком от цивилизации ауле. Но оказалось, что жизнь конкретного обычного человека никого не беспокоила, наоборот, все отказывались беспокоиться.

В самой «свободной в мире стране» молодая девушка оказалась в «тюрьме» национальных традиций.

Глава 2.Школа выживания в Афганистане .

2.1.Школа офицерских жён.

 

На интерне-сайте  http://www.coldwar.ru/  я  нашла этот документ :

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
ОСОБАЯ ПАПКА

Т.т. Брежневу, Андропову, Громыко, Суслову, Устинову.Выписка из протокола № 176 заседания Политбюро ЦК КПСС
от 6 декабря 1979 года.

О направления спецотряда в Афганистан.
Согласиться с предложениями по этому вопросу, изло­женными в записке КГБ СССР и Минобороны от 4 декабря 1979 г. № 312/270073 (прилагается).
Председатель Революционного Совета, генеральный секретарь ЦК НДПА и премьер-министр ДРА Х.Амин в последнее время настой­чиво ставит вопрос о необходимости направить в Kабул советский мотострелковый батальон для охраны его резиденции.
С учетом сложившейся обстановки и просьбы X. Амина считаем целесообразным направить в Афганистан подготовленный для этих целей специальный отряд ГРУ Генерального штаба общей численностью около 500 чел. в униформе, не раскрывающей его принадлежности к Вооруженным Силам СССР, возможность направления это­го отряда в ДРА была предусмотрена решением Политбюро ЦК КПСС от 29.6.1979 г. № П156/IХ.
В связи с тем, что вопросы о направлении отряда в Кабул согласованы с афганской стороной, полагаем возможным перебросить его самолетами военно-транспортной авиации в первой декаде декабря с.г. Тов. Устинов Д.Ф. согласен.
Просим рассмотреть.

Ю.Андропов Н.Огарков . 4 декабря 1979 г.

Согласно  этому документу, советские войска должны были появиться в Афганистане в конце 1979года. Но героиня нашей работы утверждает, что оказалась с мужем на Афганской границе  в г.Кушка  в начале 1979года .

И муж  сразу же начал уезжать в военные командировки по нескольку дней в Кабул и Герат. Конечно, он ей не рассказывал, чем он занимался на чужой территории, но догадаться было не трудно.

На другом интернет-сайте  www.bing.com я нашла следующие сведения:

Ø  27 апреля 1978г. Дауд ( двоюродный брат короля Афганистана) был свергнут в результате военного путча, проведенного фракциями коммунистической партии, «Народно-Демократическая Партия Афганистана»…  президентом стал коммунист Тараки. Бабрак Кармаль стал вице– президентом. В том же году обе фракции снова разделились. Бабрак Кармаль был отправлен послом в Чехословакию. Тараки получил экономическую и финансовую помощь от СССР. Тысячи советских советников прибыли в Афганистан. Коммунистическое правительство хотело быстро превратить Афганистан в современное социалистическое государство... Но …. члены партии вместе симпатизирующими составляли менее половины процента населения Афганистана. ..

Ø  В апреле 1979 года, через год после апрельской революции, одновременно во всех провинциях началось восстание против коммунистического режима...
В мае 1979 года премьер–министром стал Хафизулла Амин, который принялся жестоко подавлять восстание… . Можно было ожидать скорого падения коммунистического режима в Афганистане. Падение Кабула и приход к власти исламских фундаменталистов могли привести к беспорядкам среди мусульманского населения советских центрально–азиатских республик.. Кроме того, обстановка в регионе серьезно осложнилась из-за Иранской революции …- советские политики всерьез опасались усиления влияния США в Афганистане,….  А перспектива получить у самых своих границ еще одно недружественное государство, ориентированное на запад, всерьез обеспокоила Политбюро ЦК КПСС...

 

Этот отрывок сочетается с первым документом. Мы сделали вывод, что муж Сагибат мог оказаться на границе с Афганистаном и  в начале 1979 года в  составе военного подразделения, участвовавшего в военных действиях на афганской территории нелегально.

 В статье Бударина  М. Поручик Бочкарева: О судьбе командира женского батальона. М. Л. Бочкаревой.  В журнале «Родина», 1999 г. № 8-9. С. 78-81. мы нашли упоминание о событиях той поры:  

« …Одновременно с высадкой 105-й воздушно–десантной дивизии в Афганистан вступили через Кушку и через другие пограничные пункты 357-ая и 66-ая мотострелковые дивизии. Они заняли Герат и Фарах на западе. В то же время 360-ая и 201-ая мотострелковые дивизии, выступив через Термез, переправились через Аму–Дарью и продвигались в сторону Кабула. Танки этих дивизий перевозились на седельных тягачах..».

А по рассказу Сагибат они с мужем приехали именно в г. Кушка в 1979 году. Там располагался военный городок, было видно, что этот военный городок строили недавно. Муж постоянно уезжал в Кабул и Герат в военной форме без знаков отличия и документов. Для  Сагибат началась  «школа  офицерских жён». Она увидела разных по возрасту женщин, которые , как и она приехали с офицерами – мужьями. Она вспоминает, что были женщины разных категорий :

Ø  приехавшие с желанием быть рядом с мужем, просто потому, что привыкли его сопровождать во время военных командировкам в военных городках;

Ø  жёны, которые собирались устроиться на работу и вместе с мужем зарабатывать деньги[i];

Ø  жёны, которых, как и её никто не спрашивал, хотят они с мужем ехать или нет;

Ø  были и незамужние женщины, желающие устроить свою личную жизнь.  

Ø  На сайте http://www.afganistana.net/- «Секреты Афганистана» мы нашли воспоминания участника военных действий в Афганистане в 1980-1982 гг.: «…Среди женщин бригады существовала особая форма отношений с офицерами и прапорщиками. С некоторыми женщины жили по согласию, с большинством - за деньги. Стоимость одноразовой услуги составляла от 50 до 100 чеков внешпосылторга..» Сагибат говорила, что ей лично такие случаи не были известны, но она допускает, что они могли быть.

Военных семей было немного, жили они отдельно от других военнослужащих .

Но сам военный городок был маленьким, все друг друга видели часто. Наш земляк Утин Виктор Алексеевич был призван в армию в 1979 году и после трёх месяцев спецподготовки прибыл в г. Кушка, т.е. находился в одно время с Сагибат на Афганской границе. Своим родственникам он рассказывал, что солдаты жили в обычных палатках в жутких условиях по 12-16 человек, было и больше, спали на земле на спальных мешках. Им объяснили, что их вот-вот перевезут через границу, и нет времени на обустройство быта. Молодым ребятам даже продуктов вдоволь не завезли, через неделю они ели впроголодь, а через две их «подкармливали» офицерские жёны из жалости. Солдаты даже меняли личные вещи на еду у жителей[ii].

Муж Сагибат  уезжал и приезжал в Кушку, (военный городок на границе Афганистана и Туркмении), а Сагибат 6 месяцев проходила там «проверку».   Ей объяснили, что к мужу её не пустят,  пока не проверят всех членов её семьи: не нарушали ли они закон, не относятся ли к лицам лишённым прав, нет ли у неё родственников за границей. Её просили заполнить несколько анкет, вопросы в которых часто повторялись, - может быть, хотели поймать её на лжи, или просто так были анкеты построены?  Жёны  офицеров говорили ей, что это обычная процедура.

Сначала Сагибат очень нервничала, но потом радовалась частым отъездам мужа, который так и не стал ей близким человеком, у неё появилась возможность общаться с людьми, которых она, по – возможности , теперь выбирала сама. Во время 6-месячной проверки Сагибат несколько раз вызывали в здание командного пункта и объясняли, что она обязана, как жена офицера , помочь мужу выполнять воинский долг. Для этого нужно было учить туркменский и афганский языки. Когда она спрашивала «зачем», ей пояснили, что за границей она будет  жить в военном городке, похожем на Кушку, но будет «служить разведчицей», поэтому нужно знание языка. Сагибат не спрашивали, хочет ли она стать разведчицей, ей просто не оставляли выбора, а муж относился к этому совершенно спокойно.

Воспользовавшись необходимостью  изучения языка, она попросила разрешить ей получить возможность работать, чтобы получить профессию и  финансовую независимость от мужа и посещать вечернюю школу.  Нам было интересно,  как  выглядела жизнь офицерской жены, готовящейся стать разведчицей. Сагибат рассказывала, что почти все офицерские семьи, с которыми она виделась, жили в одном общежитии. Комнаты были маленькими, без удобств. Комфортное жильё в Кушке тоже было, она его получила через 2 года, но в их поселении его не было. В комнатах было минимум мебели, но сами военнослужащие могли покупать себе вещи, только многие этого не делали, тратили деньги на ходовые товары, которые можно отослать домой, или продать на месте. Все воспринимали  комнаты в общежитии временным жильём, потому и не благоустраивали. Для женщин было проблемой нормально помыться и вымыть голову, многие остригли длинные волосы, потому что ухаживать за ними было трудно.

Жёны офицеров одевались по-разному. В одежде обязательно присутствовал головной убор-платок. Многие женщины носили платье ниже колен и штаны, наряд похожий на национальный туркменский, хотя туркменками не были. Многие вообще обходились одеждой, которую привезли с собой и не хотели  тратить деньги на новую. Были женщины, которые носили военную форму, но местное население, встречая их на улице, брезгливо отходило в строну, не отвечало на вопросы, если к ним обращались. Были и настоящие модницы, которые  выделялись в толпе на улице, но рядом с ними обязательно шли солдаты, скорее всего приставленные мужьями-офицерами.

 Сагибат рассказывали, что были случаи, когда женщин крали. Она не воспринимала это всерьёз, пока не столкнулась с этим на собственном опыте.  Если бы она не видела раненых военных, которые появлялись в госпитале в Кушке, она бы вообще не понимала, что живёт на военной границе. Скорее всего, она просто сначала радовалась, что её меньше стали контролировать неприятные ей родственники мужа. Да и день был достаточно плотно занят.

Чтобы быстрее учить афганский и туркменский язык, ей дали учителя -местную девушку, которая училась в СССР в Туркмении  и знала русский язык. Они занимались каждый день и много рассказывали друг другу об обычаях своих народов. Сагибат  сказали, что эта девушка скорее всего будет её напарницей на  чужой территории и подружиться с ней стоило.

Всех офицерских жён кормили в офицерской столовой. Сагибат устроилась туда на работу без разрешения мужа, с разрешения